Старший брат заботится о Германии

Старший брат заботится о Германии

Пару лет назад я подслушал разговор в берлинском метро. Передо мной стояли две девушки в возрасте около 19 лет, может быть, на последнем курсе школы, может быть, уже в университете. Это был один из тех моментов, когда кажется, что происходит откровение об истинной сущности вещей, когда природа мира предстает перед нами в простой и почти поэтической форме. В те недели Дональд Трамп объявил, что выводит несколько тысяч американских военнослужащих из Германии. Немецкая пресса и европейская пресса в целом были в истерике: как мог Дональд Трамп совершить такую ужасную вещь, поставив под угрозу европейскую безопасность? Россия, безусловно, выиграла бы от этого, не так ли?

Школьница посмотрела на вещи с другой точки зрения. Как и все молодые прекрасные души в Германии, она была обеспокоена ростом «Альтернативы для Германии», «праворадикальной» партии, которую в Германии каждый уважающий себя интеллигентный человек любит ненавидеть. «Мой отец говорит, что теперь, когда Трамп выводит американские войска из Германии, это приведет к возвращению нацистов». Девушка выглядела искренне обеспокоенной. Ни для кого не секрет, что спустя почти 80 лет после окончания Второй мировой войны немцев все еще мучает чувство вины за войну. Вина за войну была самым сильным коллективным чувством на протяжении нескольких поколений, и ее тщательно культивировали.

Идея о том, что вывод американских солдат с немецкой земли приведет ко второму пришествию Гитлера, была, конечно, нелепой, в это могла поверить только школьница. И все же мне снова напомнили об этом странном разговоре на этой неделе, когда немецкий еженедельный журнал «Штерн» — одно из самых популярных изданий в стране — опубликовал статью на обложке с заголовком: «Старший брат вернулся: как повезло, что есть Джо Байден – в конфликте с Россией и Китаем мы снова можем положиться на США». На обложке изображен гигант Джо Байден, держащий за руку гораздо меньшего Олафа Шольца, который с улыбкой смотрит на американского президента. Похоже, немцы не просто свыклись с потерей суверенитета перед американцами, они активно извлекают удовольствие из своего подчиненного статуса.

Конечно, это всего лишь обложка журнала, и официальный мейнстрим-дискурс не обязательно должен отражать коллективное настроение людей, часто бывает совсем наоборот. Тем не менее, такого рода признание в любви к США настолько вездесуще, проводится с такой систематичностью и продолжается уже так долго, что неизбежно оставляет следы на широкой публике. «Америка — лучший друг, который есть у нас, немцев, в мире», — говорит Штерн. В Германии может быть много людей, которым не нравится такое положение дел. Но они по большей части молчат, их голоса не слышны.

Несколько недель назад левый политик Сара Вагенкнехт и феминистка Элис Швайзер выдвинули мирное предложение для Украины. Они подверглись яростным нападкам со стороны СМИ. Как они посмели критиковать поставки оружия? Мирная демонстрация в Берлине собрала несколько тысяч человек. И все же люди разошлись по домам, ничего не изменилось. Даже на пороге возможной более широкой войны с Россией немецкое общество кажется странно спокойным и монолитным в отношении украинского вопроса. В целом, в политической дискуссии в Германии может быть открытость, которой немцы постоянно гордятся («У нас демократия»), но в конце концов призывают «Хватит болтать», и все важные решения принимает старший брат.

Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции